Я не буду рассказывать в этом посте о том, как и куда можно сходить в Бангкоке, что купить и на что посмотреть. Я не буду давать карт и рассказывать о достопримечательностях. В этот раз мой Бангкок будет сюрреалистичным, не оптимизированным под ПС и разукрашенным моим личным субъективным восприятием.

Вокзал БангкокаЯ прибыл сюда из Аюттхайи, спрыгнув с подножки пригородного поезда, проведя на его священных ступеньках созерцательные 2 часа. Вокруг все так же мелькали рисовые поля, промышленные объекты и бесконечная паутина рельс, на которую я с детства обожаю смотреть. Лениво закинув рюкзак за плечи я не пошел тут же искать жилье, а направился в наигламурнейший молл Сиам-Парагон, дабы себя и близких порадовать новыми заморскими чудесами.

Ступив за порог блестящего и разукрашенного Сиам-парагона, придавленный рюкзаком, усталостью и жарой, я медленно поплыл мимо сверкающих дорогущим шмутьем и блеском спортивных автомобилей витрин, в которые завистливым взглядом отчаянно пялились тайцы и многочисленные туристы. Судя по периодически возникающим русскоязычным окликам, молл пользуется большой популярностью у соотечественников.

Чуть позже я встретился с Janes, замечательной девушкой из Москвы, уже долгое время пересекающей просторы Азии. Спасибо тебе, Женечка, за 2 очень интересных и глубоких вечера. Ты оказалась главным украшением Бангкока;)

Позже, Я узнал духоту и пробки на улицах столицы Тайланда, расплавившись в городском автобусе до желеобразного состояния. Не доехав 4 км до своей остановки, я вышел и пошел пешком. Пробка рассосалась, а я продолжал плыть мимо безразличных к моей белой морде тайцев, за что в очередной раз их мысленно отблагодарил.

Улица РаммбуттриИнтересно, что время сыграло мне на руку и я вдруг осознал, что располагаю дополнительным днем, который впоследствии провел в медленном шатании по закоулкам Рамбуттри и Каосана, рассматривая невероятно пеструю вереницу лиц, в которой отчетливо ощутил и свое. Мне стало ясно, что толпы и суета меня более не волнуют, как раньше. Я — камень на пути горной реки, который вода обходит стороной, в редких случаях сталкивая чуть в сторону. Я в реке, но реки во мне нет. Это — одно из главных самооткрытий, обрушившихся на меня во время моего Юго-Восточно-Азиатского путешествия. Бангкок мне больше не казался пережевывающей все машиной, мы смотрели друг на друга с почтенным безразличием и очень легко проходили мимо. Я не полюбил его, как и он не полюбил меня. Но благодаря ему, Я расстался с ранним подъемом, надеждой быть любимым и массой иллюзий, хотя и не сразу это осознал. Мои щеки обросли и осунулись, сердце раскрылось, и я в последний вечер побрел по Рамбуттри в поисках разнообразных неведомых мне доселе гастрономических удовольствий. Последние 40 бат были отданы за блюдо под названием «Суки», вкусовые качества которого оказались весьма скромны. Набив свое пузо и затуманив тем самым сознание, я долго глядел на пестрый ковер бэкпэкерского района и медленными мыслями прощался с ним. На следующий день меня ждал рейс на Алматы, с вдруг изменившим время своего вылета на более раннее, что могло обернуться для меня интересным приключением в виде выяснения отношений с аэропортом Суварнабхуми и эйрастаной.

Ничего, правда, из этого так и не произошло. Я сел в самолет, объяснив господам-пакетникам, что место «А» находится у иллюминатора, из-за чего перекладывать мои вещи на кресло у прохода совершенно нет необходимости. Народ возвращался с Паттай и Пхукетов, тащил на себе огромные баулы и лениво ругал погоду, турагентов, посещенный отель и предстоящий длительный перелет домой. Лениво оглядев попутчиков, я не встретил ни одного безумного взгляда азиатского бродяги, очень характерного для рейса из Дели. Бангкок цивилизован и даже бэкпэкеры там не блестят глазами, а что-то долго выбирают в брэнд-зонах бесконечных моллов, чтобы затарится очередной электронной безделушкой, стоимостью в половину моей поездки.

П.С. Хочу ли я сюда вернуться?.. Пока нет. Мне больше по душе иррациональный капец Катмандинского Тамеля или трансцендентная веселуха Мейн-Базара, где ты — как оголенный нерв, с которого срывают последнюю кожу, перед тем как сделать истинно свободным. Это больно и некомфортно, но именно в этих процессах и заключается подлинный смысл роста и умения жить.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...